?

Log in

No account? Create an account

вместо эссе
пешка
redkinn2
СУШИТЬ СУХАРИ

Есть такой писатель – Михаил Бару. Большинству читателей (из того меньшинства, которое про него вообще знает) он, пожалуй, известен как автор новых русских хайку и прочих поэтических миниатюр. Честно сказать, довольно легковесных, чаще всего неубедительных, но, вероятно, обаятельных.

Однако специализируется этот писатель и на мини-прозе. Я бы даже сказал (если бы хватило наглости), что проза у него получается лучше, чем хайку. Она, впрочем, тоже не особенно глубока: на одну треть ироническая, на две трети лирическая – и не более. Чаще всего. Но иногда – неожиданно перекликается со вполне мощной отечественной литературой.

Например, в одном разноцветном сборничке Михаила Бару (под названием «Дамская визжаль» в серии «Новый одесский юмор») есть рассказ «Блоха собаки пограничника» – об истории (и музее) московского метро начиная со Средневековья (!), с князя Василия Темного. Такое начало ужé настраивает на антиутопический лад, а ближе к концу еще и недвусмысленные аллюзии появляются: «В зале, где представлены материалы, рассказывающие о метрополитенах ближнего зарубежья, выделяется удивительная мозаика, подаренная к шестидесятилетию московского метро киевскими тогда еще товарищами. Она называется «Голубой вагон» и выложена из нескольких тысяч кусочков редчайшего голубого сала». А? Каково?! Не ожидали от Бару? Но это только цветочки…

В том же рассказе есть и такой сюжет. Во времена разоблачения культа личности некая тайная оппозиция (т.е. сторонники культа) начинает поклоняться стальному болту на одной из станций метро, называя его, болт, именем «Лазарь» (в честь Кагановича). А когда конспирация дает сбой и власти заменяют «Лазаря» на «благонадежного Федора», история с крамольным болтом заканчивается вот чем: его подбирает уборщица и незаметно вкручивает в голову мужу!

Так и хочется заменить «стальной» на «теллуровый»! Однако дело тут даже в другом: данный рассказ написан никак не позже 2011-го (потому что это год издания вышеупомянутой книжки), а про теллуровые гвозди мы с вами узнали в 2013-м. Что из этого следует? Что один, малоизвестный, писатель вдохновил другого – чрезвычайно известного, почти классика? Что мы имеем дело с классической ситуацией Пушкин – Гоголь (Пушкин, конечно, не «малоизвестный», но «Мертвые души» вряд ли бы сам осилил)? Неужели известный писатель может увлекаться творчеством Михаила Бару? Почитывать его перед сном?.. В принципе, почему бы и нет! Но все же логичнее предположить, что мы имеем дело не с заимствованием, а с совпадением. Однако в таком случае получается, что идея о гвоздях (болтах), вбитых в головы, носится в воздухе и что рано или поздно антиутопический сюжет воплотится в жизнь! То есть плакали наши имперские амбиции?! И пора начинать сушить сухари на случай дальнейшего развала сверхдержавы?..

Вот тебе и безобидные хайку, япона мать!